Мне  мало  что  снится...
Во  сне  ухожу  на  войну,
Клею  улыбки  к  лицам,
Думаю,  что  живу...
Бывает  еще  приснятся
Утопленники  в  огне,
Без  света  реанимация,
Солнце  в  фольге,
Карлик  два  метра  ростом,
Звезды  при  свете  дня,
Тихая  чья-то  поступь
Скользящая  от  меня...
Птицы  -  с  юга  на  север,
Чтение  снизу  -  вверх,
Сломанный  ветром  веер,
Танцующий  с  плачем  смех...

К  черту  Зигмунда  Фрейда!
(Всю  эту  поддушную  бредь)
Ночью  я  чищу  перья,
Чтоб  утром  взлететь  успеть.
Ночью  я  брежу  похмельным,
Грядущим  в  беспамятство  днем
И  этим  режимом  постельным
Спасаюсь,  как  ведьмы  огнем...

Давеча в Шкафу читали(chupokambra, is_tina, nika_rrektno) прекрасного поэта Евгения Кемеровского. А посему привожу краткое содержание предідущих 33-х серий...</lj></lj></lj>

Не хожу я на шоу с лазерами

И не езжу махаться с айзерами

Потому что мое тело покоцанное

 Не желает  общаться с поцами

Не нужны мне палаты каменные,

Не нужны и Бумеры с Хаммерами

Потому что душа моя вечная

Всем чем надо по гроб обеспеченная...

is_tina

Утро неизвестного матроса

Закоптив остатком папиросы

Начиналось, солнце возведя,

Утро неизвестного матроса,

Что когда-то защищал тебя.

Оставляя трезвость за кармою,

По приборам в новый день войдя,

Шел герой остывшей мостовою

К памятнику бывшего вождя.

Там, надев гримасу подчиненья,

Шкалик за оградкою найдя

Говорил: «Поймите, бля – похмелье!»

Прибавлял: «Подайте сука, бля!»

Каждый и в себе найдя изъяны,

Взгляды от медалей отводя,

Набивал чем мог ему карманы,

Думал: «Жалко деда, сука, бля….»

В переулках каждая собака

Знала его лунную походку:

Не пройдет без дедушки ни драка,

Ни проставленная кем-то водка…

И лишь вечером, оставив искру

Той одной, что ждет его и помнит,

Шел отпежить старую артистку,

А скорее о себе напомнить.

И на утро новой папироской

Разжигая солнечный румянец

Одевал полоску за полоской,

Говорил : «Херня, что жизнь не глянец!»

Остапенко Анна